Пробить по правам человека: Подлинность прав можно проверить онлайн | 74.ru

Содержание

Федеральная власть в Санкт‑Петербурге — Официальный сайт Администрации Санкт‑Петербурга

Полномочный представитель Президента Российской Федерации в Северо-Западном федеральном округе

Адрес: 3-я линия В.О., д. 12, Василеостровский район, Санкт‑Петербург, 199004

http://szfo.gov.ru/

Прием граждан: вторник, четверг
9.30 — 12.00
16.30 — 19.00
телефон: +7 (812) 328-26-69

Примечание: Прием граждан осуществляется в порядке живой очереди, без предварительной записи.

Геральдический совет при Президенте Российской Федерации

Адрес: Суворовский пр-кт, 62, Санкт‑Петербург, 191124
Телефон: +7 (812) 274-35-14
Факс: +7 (812) 274-35-14
Факс: +7 (812) 274-21-26

Министерство внутренних дел Российской Федерации

Главное управление МВД России по г. Санкт‑Петербургу и Ленинградской области

Адрес: Суворовский пр., 50/52

Дежурная часть ГУ МВД: (812)573-24-20

«Телефон доверия» ГУ МВД России для сообщений о правонарушениях, совершенных сотрудниками органов внутренних дел РФ: (812)573-21-81

Телефон факсимильного аппарата для принятия сообщений от граждан с ограниченными возможностями речи и слуха, Службы «02» ГУ МВД России: (812)573-24-22

Телефон справочной ГУ МВД (адреса и телефоны подразделений ГУ МВД России): (812)573-26-76

Приемная ГУ МВД России: Санкт‑Петербург, ул. 2-я Советская, д.5 

Официальный сайт: www.78.mvd.ru

 

Управление на транспорте МВД России по Северо-Западному федеральному округу,

Адрес: ул.Ярославская д.4,
Телефон Дежурной части: 271-75-22,
Телефон Доверия:8 (800) 200-16-02,
Телефон Пресс-службы: 710-27-10.

https://сзфоут.мвд.рф/ 

Северо-Западный округ внутренних войск МВД России

Адрес: Миллионная ул, 33, Санкт‑Петербург, 191186
Телефон: +7 (812) 312-41-10

Министерство Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий

Главное управление МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: наб. р. Мойки, 85, Санкт‑Петербург, 190000
Тел: (812) 718-25-00 
Факс: (812) 315-73-30

http://www.78.mchs.gov.ru/

Управление по Адмиралтейскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Измайловский пр-кт, 10, к. 1, Санкт‑Петербург, 190005

Телефон: +7 (812) 251-42-66
Факс: +7 (812) 251-42-66

Управление по Василеостровскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: 16-я линия, 17, Санкт‑Петербург, 199178
Телефон: +7 (812) 321-33-81
Факс: +7 (812) 321-33-82

Управление по Выборгскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Сампсониевский Б. пр-кт, 86, Санкт‑Петербург, 194100
Факс: +7 (812) 591-73-12

Управление по Калининскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Арсенальная наб, 13/1в, Санкт‑Петербург, 195009

Управление по Кировскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Стачек пр-кт, 18, Санкт‑Петербург, 198095
Факс: +7 (812) 252-29-75

Управление по Колпинскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Культуры ул, 8, г. Колпино, Санкт‑Петербург, 196655
Факс: +7 (812) 461-40-56

Управление по Красногвардейскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Среднеохтинский пр-кт, 52/11, Санкт‑Петербург, 195027

Факс: +7 (812) 227-26-85

Управление по Красносельскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Партизана Германа ул, 3, Санкт‑Петербург, 198329
Факс: +7 (812) 736-99-77

Управление по Кронштадтскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Ленина пр-кт, 47, г. Кронштадт, Санкт‑Петербург, 197760
Факс: +7 (812) 311-21-08

Управление по Курортному району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Володарского ул, 1, г. Сестрорецк, Санкт‑Петербург, 197701
Факс: +7 (812) 437-40-28

Управление по Московскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Московский пр-кт, 129, Санкт‑Петербург, 196084
Факс: +7 (812) 388-79-40

Управление по Невскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Обуховской обороны пр-кт, 163, Санкт‑Петербург, 192131
Факс: +7 (812) 560-10-63

Управление по Пушкинскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Октябрьский б-р, 24, г. Пушкин, Санкт‑Петербург, 196600

Факс: +7 (812) 466-62-63

Управление по Петроградскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Ленина ул, 8, Санкт‑Петербург, 197101
Факс: +7 (812) 233-51-38

Управление по Петродворцовому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Самсониевская, 3, г. Петергоф, Санкт‑Петербург, 198510
Факс: +7 (812) 450-65-02

Управление по Приморскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Липовая аллея, 9, Санкт‑Петербург, 197183
Факс: +7 (812) 430-73-74

Управление по Фрунзенскому району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Пражская ул, 46, Санкт‑Петербург, 192241

Управление по Центральному району ГУ МЧС России по Санкт‑Петербургу

Адрес: Невский пр-кт, 174, Санкт‑Петербург, 191167
Факс: +7 (812) 316-91-00

Северо-Западный региональный центр МЧС России

Адрес: Металлистов пр-кт, 119, Санкт‑Петербург, 195197
Телефон: +7 (812) 540-51-26

Факс: +7 (812) 540-50-75
[email protected]

http://www.mchs.ru/northwest 

Министерство здравоохранения Российской Федерации

Управление Росздравнадзора по г. Санкт‑Петербург и Ленинградской области

Адрес: Грибоедова Канала наб, 88/90, Санкт‑Петербург, 190068
Телефон: +7 (812) 314-67-89

E-mail: [email protected]

 

Министерство иностранных дел Российской Федерации

Представительство Министерства иностранных дел Российской Федерации в Санкт‑Петербурге

Адрес: Кутузова наб, 34, Санкт‑Петербург, 191187
Телефон: +7 (812) 272-00-76
Факс: +7 (812) 272-60-22
[email protected]

http://www.sankt-peterburg.mid.ru/

Министерство обороны Российской Федерации

Ленинградская военно-морская база

Адрес: Адмиралтейский проезд, 1, Санкт‑Петербург, 190195
Телефон: +7 (812) 312-58-86
Факс: +7 (812) 312-58-86

Западный военный округ

Адрес: Дворцовая пл, д. 10, Санкт‑Петербург, 191055

Справочная штаба ЗВО: +7 (812) 494-20-00. Архив штаба ЗВО: 8 (812) 494-21-51, 494-21-78, 494-26-97

Управление федеральной службы по техническому и экспортному контролю по Северо-Западному федеральному округу

Адрес: Исаакиевская пл, 11, Санкт‑Петербург, 190000
Телефон: +7 (812) 312-55-29, +7 (812) 571-44-14
Факс: +7 (812) 312-55-29

Городская призывная комиссия Санкт‑Петербурга

Адрес: Загородный пр., д.54, Санкт‑Петербург, 191013
Телефон: +7 (812) 316-68-50

Военная комендатура Санкт‑Петербурга

Адрес: Садовая ул, 3/5, Санкт‑Петербург, 191011
Телефон: +7 (812) 571-81-04, +7 (812) 494-23-13

Военный комиссариат Санкт‑Петербурга

Адрес: Английский пр-кт, 8/10, Санкт‑Петербург, 190121
Телефон: +7 (812) 572-51-72
Факс: +7 (812) 572-51-72
 

Министерство промышленности и торговли Российской Федерации

 

Управление уполномоченного Министерства промышленности и торговли Российской Федерации по Северо-Западному району

Адрес: Суворовский пр-кт, 62, Санкт‑Петербург, 193124

Телефон: +7 (812) 577-15-89
Факс: +7 (812) 577-15-88
E-mail: [email protected]

Северо-Западное межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии (СЗМТУ Росстандарта)

Почтовый адрес: 190005, г. Санкт‑Петербург, Московский просп., д. 19, литера. У
[email protected]
www.sz-mtu.ru
Тел.: (812) 251-63-49 Факс: (812) 251-63-49

 

Департамент Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Северо-Западному федеральному округу (Департамент Росприроднадзора по СЗФО) 

Литейный пр., д.39, г. Санкт‑Петербург, 191014,  
Телефон приемной: (812) 579-84-93, факс: (812) 579-84-94 
Телефон ДОВЕРИЯ: (812) 719-84-25
Телефон оперативного дежурного для сообщений о чрезвычайных ситуациях: 8-921-987-58-99

E-mail: [email protected][email protected]

http://dsc.nw.ru/

 

 

Управление Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Северо-Западному федеральному округу (Роскомнадзор)

Адрес: Галерная ул, 27, Санкт‑Петербург, 190000
Телефон: +7 (812) 571-95-66
Факс: +7 (812) 325-80-39
Адрес электронной почты: [email protected]

http://78.rsoc.ru/

Федеральное агентство по рыболовству

 Федеральное Государственное Бюджетное Учреждение «Северо-Западное бассейновое управление по рыболовству и сохранению водных биологических ресурсов» 
(ФГБУ «Севзапрыбвод») 

Адрес: Манежный пер, 14, Санкт‑Петербург, 191123
Телефон: +7 (812) 579-63-43

Факс: +7 (812) 272-91-47

Электронная почта: [email protected]

ФГБУ «Управление «Ленмелиоводхоз»

197342, Россия, г. Санкт‑Петербург,ул. Старобельская, 4б, 23Н
Тел.: (812) 492-56-90
Тел.: (812) 492-57-09 

[email protected]

http://meliovodhoz.ru/78/ 

Управление федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Санкт‑Петербургу и ЛО

Адрес: Швецова ул, 12, Санкт‑Петербург, 198095
Тел.: (812) 252-23-25. Факс: (812) 300-83-33

http://www.ursn.spb.ru/

 

Северо — Западное бассейновое управление государственного надзора на внутреннем водном транспорте федеральной службы по надзору в сфере транспорта 

Адрес: Морская Б. ул, 37, Санкт‑Петербург, 190000

Телефон: +7 (812) 494-83-88
Факс: +7 (812) 494-83-88

 

Северо-Западное управление государственного авиационного надзора федеральной службы по надзору в сфере транспорта 

Адрес: Римского-Корсакова пр-кт, 39, Санкт‑Петербург, 190068
Телефон: +7 (812) 714-12-82
Факс: +7 (812) 714-09-24

 

Северо-Западное управление государственного автодорожного надзора федеральной службы по надзору в сфере транспорта

Наб. реки Фонтанки, д. 105
Санкт‑Петербург, 190031
Тел.(812) 315-72-22, Факс (812) 310-36-44

[email protected]

http://www.ugadn78.ru/

Федеральная служба по труду и занятости

Государственная инспекция труда в городе Санкт‑Петербурге

198095, г. Санкт‑Петербург,
ул. Зои Космодемьянской, д.28-а

Контактный телефон: (812) 746-59-86

 

Государственная инспекция труда в Ленинградской области

192012 Санкт‑Петербург ,
Проспект Обуховской обороны, д.120, лит. З,И

ст.метро Пролетарская

Контактный телефон: (812) 612-70-34

 

 

Территориальное управление федеральной службы финансово-бюджетного надзора в городе Санкт‑Петербурге

191014 г. Санкт‑Петербург ул.Рылеева д.7 лит.А
Тел (812)-579-13-01
Факс: (812) 579-13-02
Адрес электронной почты: [email protected]
http://r78.rosfinnadzor.ru/

 

Управление федерального казначейства по Санкт‑Петербургу 

Адрес: Котовского ул, 1/10, Санкт‑Петербург, 197101
Телефон: +7 (812) 235-19-72
Факс: +7 (812) 235-10-00
Факс: +7 (812) 230-98-80
[email protected]

http://piter.roskazna.ru/

 

Управление федеральной налоговой службы России по городу Санкт‑Петербургу 

Адрес: Реки Фонтанки наб, 76, Санкт‑Петербург, 191180

Телефон: +7 (812) 740-40-70, +7 (812) 740-40-73
Факс: +7 (812) 315-22-42
Факс: +7 (812) 315-26-60
[email protected]
www.r78.nalog.ru

Федеральная служба по финансовому мониторингу

 

Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Северо-Западному федеральному округу 

Краткое наименование: МРУ Росфинмониторинга по СЗФО

Адрес: 191123, г. Санкт‑Петербург, набережная Робеспьера ,д.10 литер А.
Приемная Управления:
Телефон: +7 (812) 719-84-05
Факс: +7 (812) 719-82-12
http://fedsfm.ru/szfo

Министерство экономического развития Российской Федерации

Территориальное управление федерального агентства по управлению федеральным имуществом по Ленинградской области

Адрес: Гороховая ул, 2/6, литер А, Санкт‑Петербург, 191186

 

8(812) 490-77-65,

 

[email protected]

http://tu47.rosim.ru/ 

Филиал Российского фонда федерального имущества в Санкт‑Петербурге и Ленинградской области

Адрес: Ординарная ул, 20 В, Санкт‑Петербург, 197136
Телефон: +7 (812) 346-23-38
Факс: +7 (812) 346-23-38

Санкт‑Петербургский центр научно-технической информации (Санкт‑Петербургский ЦНТИ) — филиал ФГБУ «Российское энергетическое агентство» Минэнерго России

Адрес:  г. Санкт‑Петербург,  4-я линия Васильевского острова, д. 13, литера «А» 
Телефон:  8(812) 406-86-13 
Факс:  8(812) 406-86-13 
Электронная почта: [email protected] 
Официальный сайт: http://rosenergo.spb.ru

 

Главное управление Министерства юстиции Российской Федерации по Санкт- Петербургу

Почтовый адрес: 190000, Санкт‑Петербург, Исаакиевская пл., д.11

Приемная  — ул. Чайковского, д. 28; тел. (812) 571-13-19, факс (812) 571-18-81

[email protected]

http://to78.minjust.ru/

Федеральная антимонопольная служба

Управление Федеральной антимонопольной службы по Санкт‑Петербургу и Ленинградской области

Адрес: 4-линия В.О., д. 13, лит. А, Санкт‑Петербург, 199004
Телефон: +7 (812) 313-04-30
Факс: +7 (812) 313-04-15
[email protected]
http://spb.fas.gov.ru/

Северо-Западное таможенное управление

Адрес: Кутузова наб, 20, Санкт‑Петербург, 191187
Приемная: 275-83-00, 273-16-19
E-mail: [email protected]

http://sztu.customs.ru/

Федеральная служба безопасности Российской Федерации

Управление ФСБ России по Санкт‑Петербургу и Ленинградской области

Адрес: Литейный пр-кт, 4, Санкт‑Петербург, 191123
Телефон: +7 (812) 438-71-00
Факс: +7 (812) 272-38-96

 

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт‑Петербургу (Росреестр)

 

Адрес местонахождения: Санкт‑Петербург, ул. Красного Текстильщика, дом 10-12 
Адрес для почтовых отправлений: BOX 1170, Санкт‑Петербург, 190000

Телефон для справок: 8 (800) 100-34-34

E-mail: [email protected]

Адрес сайта: https://rosreestr.ru

Федеральная служба охраны Российской Федерации

Управление охраны по Северо-Западному Федеральному округу

Адрес: Шпалерная ул, 45, Санкт‑Петербург, 191015
Телефон: +7 (812) 335-61-72
Факс: +7 (812) 579-77-80

Федеральная служба по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды

Северо-Западное межрегиональное территориальное управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды

Адрес: 23-я линия, 2а, Санкт‑Петербург, 199106
Телефон: +7 (812) 323-66-19
Факс +7 (812) 328-09-62
[email protected]
adm.meteo.nw.ru

Северо-Западное территориальное управление Федерального агентства по рыболовству

 

190000, Санкт‑Петербург,

ул. Малая Морская, д. 18/20

Телефон и факс: 8 (812) 571-37-77

Электронная почта: [email protected]

http://sztufar.ru/

Государственная фельдъегерская служба Российской Федерации

Управление Государственной фельдъегерской службы Российской Федерации по Северо-Западному федеральному округу

 

191014, г. Санкт‑Петербург, ул. Маяковского, д. 29

(812) 273-14-76

(812) 272-42-87

[email protected]

Федеральная служба по финансовым рынкам

Региональное отделение Федеральной службы по финансовым рынкам в Северо-Западном федеральном округе

Адрес: Реки Фонтанки наб, 15, Санкт‑Петербург, 191023
Телефон: (812) 325-66-99
Факс: +7 (812) 325-95-87
[email protected]

http://www.fcsm.spb.ru/

Северо-Западное управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору

Адрес: 10-я линия, 51, Санкт‑Петербург, 199040
Телефон: (812) 272-96-57, 273-33-94, 321-89-88 
Факс: (812) 321-4988, 275-21-05
E-mail: mailto:[email protected]

http://www.gosnadzor.spb.ru/  

Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (Роспотребнадзор)

Управление федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по городу Санкт‑Петербург (Роспотребнадзор)

Адрес: Стремянная ул, 19, Санкт‑Петербург, 191025
Телефон: +7 (812) 764-42-38, +7 (812) 764-55-83

E-mail: [email protected]
http://78.rospotrebnadzor.ru/

Федеральное государственное учреждение здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в городе Санкт‑Петербурге»

Адрес: Садовая М. ул, 1, Санкт‑Петербург, 191023
Телефон: +7 (812) 570-38-11, +7 (812) 710-50-88
Факс: +7 (812) 710-50-88
[email protected]

http://78.rospotrebnadzor.ru/gig/about

Федеральная служба государственной статистики

Территориальный орган федеральной службы государственной статистики по г. Санкт‑Петербургу и Ленинградской области

Адрес: Профессора Попова ул, 39, Санкт‑Петербург, 197376
Телефон: +7 (812) 230-75-20
Факс: +7 (812) 234-28-89, +7 (812) 234-06-36

http://petrostat.gks.ru


Пенсионный фонд Российской Федерации

Отделение Пенсионного фонда по Санкт‑Петербургу и Ленинградской области

Адрес: Энгельса пр-кт, 73, Санкт‑Петербург, 194214
Телефон: +7 (812) 292-86-38, Факс +7 (812) 292-81-54

http://www.pfr.gov.ru

 

 

Три заявления Московского бюро по правам человека

Так, 10 июня 2009 г. в Назрани бандиты из автоматов расстреляли «Газель», в которой находилась заместитель председателя Верховного суда Республики Ингушетия Аза Газгиреева. От полученных ранений она скончалась.  
 
13 июня те же боевики расстреляли из автоматов в Назрани бывшего вице-премьера Ингушетии, министра внутренних дел Башира Аушева, причем, прежде на него уже неоднократно совершались попытки покушения.  
 
Ранее громкий резонанс вызвало убийство министра МВД Дагестана Адильгерея Магомедтагирова, совершенное 5 мая.  В недалеком прошлом боевики дважды пытались взорвать его автомобиль; третье покушение стало фатальным. Глава МВД Дагестана был известен своей непримиримой позицией в отношении террористов. В проводимых им многочисленных спецоперациях порой применялось и тяжелое вооружение, что давало основания его критикам говорить о неадекватном применении силы, и его действия вызывали неоднозначную реакцию в республике. Не исключено, что у А.Магомедтагирова могли быть враги и в спецслужбах. В любом случае, очевидно, что с 1998 г. он занимал должность, связанную с высоким уровнем риска.

Наконец, совсем недавно страну потрясло сообщение о покушении на президента Ингушетии Юнус-Бек Евкурова, который  остался жив, но пребывает в очень тяжелом состоянии.

Обращает на себя внимание дерзость и профессионализм совершенных преступлений. Некоторые из них словно списаны с милицейских телевизионных сериалов. Так, А. Магомедтагиров праздновал в кафе свадьбу дочери друга, вышел на улицу с несколькими гостями, и в него стреляют, по предварительным данным, два снайпера с соседних девятиэтажек. Стрельба велась профессионалами из специального оружия, которым пользуется спецназ. Позже выяснилось, что выпущенные в министра пули могли с большого расстояния пробить бронежилет. Все обстоятельства преступления указывают на то, что убийство было тщательно подготовлено и совершено профессиональными киллерами. Кроме того, по сообщению, которое приводит  РИА Новости со слов высокопоставленного источника в силовых структурах Южного федерального округа,  организаторы преступления знали распорядок дня министра, что означает утечку информации из МВД республики. Опять же, этот факт может означать или наличие контактов боевиков с какими-то сотрудниками МВД, или борьбу за власть внутри самого ведомства.

Покушение на президента Ингушетии произошло в тот момент, когда автомобильный кортеж  следовал по федеральной дороге «Кавказ», и в президентский автомобиль  врезалась начиненная 70-100 кг тротила машина террориста. По заключению правоохранительных органов,  преступление было тщательно спланировано. Террорист-самоубийца (предполагается, что это была женщина) точно знала, по какой дороге  и в какое время будет ехать президентский кортеж. Иначе говоря, опять не исключена утечка — уже из МВД Ингушетии, а также контакты террористов с  сотрудниками спецслужб.  
 
Все эти трагические истории еще раз свидетельствуют о том, насколько сложной и взрывоопасной остается обстановка на Северном Кавказе. В конце марта 2008 г. главнокомандующий Внутренними войсками МВД России генерал армии Николай Рогожкин сообщил, что на тот момент на территории Северного Кавказа действовало 400-500 боевиков. В начале 2009 г. заместитель министра внутренних дел Аркадий Еделев увеличил эту цифру, отметив, что до 500 боевиков действует в одной Чечне и еще около 120 боевиков — в Ингушетии. Кроме того, на территории Чечни и Дагестана, по словам Еделева, действуют эмиссары «Аль-Каиды».

 
Фактически, в 2005-2008 гг. произошло перемещение центра терроризма из Чечни в Дагестан и Ингушетию. В 2008 г. в результате нападений боевиков, перестрелок и взрывов погибли, по меньшей мере, 226 сотрудников правоохранительных органов, не менее 420 получили ранения. В регионе за год было найдено не менее 80 тайников, произошло, по меньшей мере, 129 терактов, более 64 взрывных устройства были обнаружены и обезврежены. В результате подрывов фугасов, гранат и неустановленных взрывных устройств, в ходе проведения  спецопераций и нападений неизвестных погибли более 65 мирных жителей, и не менее 139 человек были ранены. Известно также о 73 боевых столкновениях и нападениях неизвестных, в которых обошлось без жертв.

 
Свидетельствуют о чрезвычайно сложной внутриполитической ситуации в республике и громкие убийства журналистов, и многочисленные факты давления на СМИ. Не способствует оздоровлению обстановки и тяжелая экономическая ситуация, лишь усугубляемая глобальным экономическим кризисом.   
 
Очередные трагедии, случившиеся в Дагестане и Ингушетии, еще раз требуют от федеральных и местных властей, от правоохранительных органов использовать все возможности для розыска и наказания преступников — но кроме того, принятия широкого комплекса мер для улучшения социально-экономического положения, религиозно-политической ситуации, и, как следствия, снижения уровня криминогенной обстановки на Северном Кавказе.
  

О предложении ликвидировать Центр «Э»


 

Заявление Московского Антифашистского центра и Московского бюро по правам человека 

Л.Алексеева и Л.Пономарев в Меморандуме «О необходимости ликвидации Департамента/Центра «Э» МВД России как органа антиконституционного политического сыска»  призвали ликвидировать Департамент по противодействию экстремизму (Центр «Э»), созданный в МВД РФ Указом Президента Российской Федерации 6 сентября 2008 г.  


Они полагают, что указанный Департамент стал органом «антиконституционного политического сыска». Более того, по их мнению, Департамент создавался с неким тайным антиконституционным умыслом, а вовсе не для борьбы с экстремизмом. В обоснование такого вывода они заявляют, что Указ Президента был подписан в начале сентября 2008 года, «когда еще не начался ни мировой экономический кризис, ни было (цитируется по оригиналу Меморандума) и обвала на российском фондовом рынке, и, следовательно, не было никакого намека на возможность всплеска экстремизма или социально-политической дестабилизации». Однако сами же авторы Меморандума признают, что в России реальный расистский террор «уже несколько лет подряд стабильно растет». И им должно быть известно, что, даже по официальным данным МВД, «если в 2004 году в стране совершено 130 экстремистских преступлений, то в 2008-м — уже 460» («Российская газета», Федеральный выпуск, № 4928 от 10 июня 2009 г.). Таким образом, скорее следует критиковать российские власти за промедление с созданием Департамента по противодействию экстремизму, а не обвинять в спешном подписании Указа.

 
Авторы «Меморандума» заявляют, что «борьба с расистским террористическим подпольем и политическим террором должна быть сосредоточена в одном ведомстве, более не занятых никакими иными функциями». Но ведь именно эта цель  и преследуется созданием Департамента по противодействию экстремизму! Аналогичные структуры для противодействия неонацистским группировкам, радикальным религиозным организациям, террористическим бандам есть во многих странах.  
 
К сожалению, злоупотребления властью, нарушения прав человека, происходят даже в самых демократических государствах. Никто не идеализирует и российскую правоохранительную систему: факты применения пыток, коррупции и произвола в этой системе известны и официально установлены. Безусловно, имеют место и факты давления на политическую оппозицию, милиция разгоняет митинги и демонстрации, правозащитников и журналистов запугивают, а порой и самым жестоким образом осуществляют свои угрозы. Да, понятие «экстремизм» в профильном законе размыто и не получило четкого юридического определения. В условиях жесткой вертикали власти, отсутствия подлинной демократической дискуссии и партийной конкуренции нарушаются политические и гражданские права и свободы оппозиционно настроенного сегмента общества, рядовых граждан.

 
Все эти обстоятельства требуют совершенствования законов, усиления общественного контроля за правоохранительными органами, но отнюдь не предполагают ликвидации важного подразделения МВД, которое, согласно закону, призвано противодействовать экстремистам, а не заниматься политическим сыском. Как заявил начальник Департамента, генерал-лейтенант милиции Юрий Коков, «к компетенции Департамента  отнесены тридцать три состава преступлений экстремистской направленности: от убийств до хулиганских действий, совершаемых по мотивам национальной, расовой и религиозной ненависти» («Российская газета», там же).  
 
Утверждение Л.Алексеевой и Л.Пономарева, что «в России не существует однозначного, закрепленного юридически критерия отнесения лиц и организаций к экстремистским», не соответствует действительности. Такие критерии существуют: все виды уголовно наказуемой экстремистской деятельности перечислены в ст. 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности». Ответственность за призывы к такой деятельности установлена статьей 280 Уголовного кодекса РФ, а за конкретные преступления экстремистской направленности, связанные с насилием, — в иных статьях уголовного кодекса. Разумеется, можно спорить о формулировках Закона о противодействии экстремистской деятельности, но необходимость такого закона в России нам представляется бесспорной, равно как и наличие ведомства, призванного бороться с преступлениями на почве национальной и религиозной вражды. Мы полагаем, что правозащитники должны взаимодействовать с органами государственной власти в борьбе с экстремистами, последышами нацизма, расистами и ксенофобами, злейшими врагами свободы и демократии.  

 

О халатности в армии

 

Члены садового товарищества «Зеленая роща» в Ленинградской области, попавшего 28 мая 2009 г. под град осколков снарядов, до сих пор ждут обещанного руководством Ленинградской военно-морской базы ремонта и компенсации морального ущерба.

 

По предварительным данным, причиной инцидента стали стрельбы, которые проводил малый противолодочный корабль, находившийся в акватории Финского залива. Очевидцы говорят, что слышали около 14 выстрелов, а затем на садоводство посыпались металлические осколки. Никто из дачников не пострадал, осколки поцарапали крыши и стены нескольких домов.

Как заявила пресс-секретарь администрации Выборгского района Ленинградской области Т.Костарева: «Это безобразие, могли  погибнуть люди. Сейчас самая горячая пора, самые посадки — в садоводстве было достаточно много людей».


Для расследования инцидента была срочно создана комиссия, в состав которой вошли представители Минобороны и главного штаба ВМФ. К настоящему моменту Военная прокуратура завершила свою часть работы и сообщила, что командиру ЛенВМБ вынесено представление об устранении нарушений. Состава преступления в происшедшем обнаружено не было, поэтому уголовное дело возбуждаться не будет, хотя виновные в инциденте военнослужащие понесут дисциплинарное наказание.

 
Но примечательно, что в главном штабе ВМФ результатов проверки, проведенной ведомственной комиссией, пока не сообщают. Почему?  
 
Ошибки при наведении на цель в учебных стрельбах всегда возможны — на то они и учебные. Такие ошибки случаются не только в российских войсках. Однако в связи с инцидентом и с молчанием главного штаба ВМФ представляется,  что имела место обыкновенная халатность, о которой военные моряки не очень хотят распространяться. Ведь возникает очевидный вопрос: почему стрельбы производились в столь опасной близости от побережья? Неужели для отработки «ряда учебных задач в полигоне боевой подготовки в акватории Финского залива, в том числе и артиллерийских стрельб по воздушной цели» нельзя было выбрать иное место? Как оказалось, в Ленинградской области это не первый случай:  председатель Союза Садоводов России, депутат Государственной Думы Василий Захарьящев заявил, что наличие военных полигонов поблизости от поселений представляет серьезную опасность, имели место обстрелы в других местах, и некоторые территории, принадлежащие Министерству обороны, лучше передать садоводам.

 
Подобные инциденты отнюдь не ограничиваются одной Ленинградской областью. Нам, к примеру, уже сообщали в криминальных новостях, что пьяный танкист поехал на танке в магазин за водкой и по дороге повредил дом; теперь если не дом, то стекло машины повреждено в результате корабельного залпа. Такого рода события свидетельствуют об отсутствии надлежащей военной дисциплины, о недостаточной подготовке армейских кадров. Возможно, не выполняются должным образом требования к техническому состоянию военной техники. Это касается не только военно-морского флота, но и других видов войск. Свидетельством тому являются и участившиеся катастрофы военных самолетов. Совсем недавно, 17 и 19 июня  разбились два бомбардировщика Су-24 в Мурманской и Ростовской области. В марте 2008 г. в Приморье в воздухе взорвался штурмовик СУ-25. Нередки случаи катастроф военных вертолетов: так, в мае 2009 г. упал в море близ Балтийска военный вертолет Ка-27.

 
Все подобные инциденты должны тщательно рассматриваться, и результаты расследований должны быть известны общественности — особенно в тех случаях, когда от инцидентов в войсках страдают мирные граждане. Случай в Финском заливе — не первый такого рода. В январе 2008 г. в Подмосковье во время учений инженерных войск снарядом был поврежден фронтон дачи в поселке Озерки Истринского района. Да, в ходе учений и боевых заданий может случиться ошибка, непредвиденная ситуация, но военные должны нести полную ответственность за свои действия — и моральную и материальную.

 
Российские граждане еще не проявляют особой активности в отстаивании своих прав, и только два участника садоводческого товарищества потребовали у военных материальной и моральной компенсации. Но уже этот факт свидетельствует  о взрослении нашего общества. Положительное решение о выплате жителям товарищества солидной моральной компенсации послужит сигналом и  военным, и всем гражданам — заставит военных строже подходить к решению поставленных перед ними учебных задач, а нашим гражданам послужит примером борьбы за свое достоинство.

Что такое верификация личности? | OneSpan

Что такое проверка личности?

Проверка личности — это важный процесс подтверждения того, что человек является тем, за кого себя выдает, при открытии банковского счета, подаче заявки на кредит или других финансовых процессах. Хотя проверка личности является важной мерой безопасности в борьбе с мошенничеством при открытии новых счетов, проверка личности также играет важную роль в мероприятиях «Знай своего клиента» (KYC) и борьбе с отмыванием денег (AML) в финансовых учреждениях, которые оценивают и контролируют риски клиентов.

Что такое цифровая проверка личности?

Цифровая проверка личности привносит концепцию проверки личности в современный удаленный мир. В условиях роста утечек данных, атак с захватом учетных записей и краж личных данных, а также увеличения спроса на удаленные процессы в связи с пандемией COVID-19, предприятиям необходимо выявлять мошенничество с личными данными и определять, является ли человек тем, за кого он себя выдает в Интернете.

Цифровые методы проверки личности, такие как биометрическая проверка, распознавание лиц и проверка цифровых идентификационных документов, могут помочь компаниям, правительствам и финансовым учреждениям проверить личность человека в Интернете.  

Цифровая проверка личности может использоваться, когда человек и его документ, удостоверяющий личность, не присутствуют физически. Цифровая проверка личности также может использоваться для ускорения проверки удостоверений личности, например, использование электронных ворот для сканирования паспортов в аэропортах.

Цифровая проверка личности является ключевым этапом в процессе открытия счета и привлечения клиента. Удостоверившись в личности заявителя, финансовые учреждения могут провести проверку, чтобы убедиться, что заявитель не является мошенником, преступником, плохим актером или пытается совершить аферу.

Как происходит процесс проверки личности?

Существует множество различных типов цифровой проверки личности и решений по проверке личности. Цифровые методы подтверждения личности работают путем сравнения того, что есть у человека (например, биометрических данных лица или документа, удостоверяющего личность), с проверенным набором данных (например, данными, хранящимися в государственных органах, такими как паспортные данные, или биометрическими данными, хранящимися на зарегистрированном мобильном телефоне пользователя). Проверка цифровой идентификации сравнивает представленные данные с проверенным набором данных, чтобы проверить, является ли человек тем, за кого себя выдает.  

Существует множество различных методов проверки цифровой идентификации, которые работают по-разному. Эти методы включают:

  • Проверка документа, удостоверяющего личность: проверка легитимности удостоверения личности (например, водительских прав, паспорта, государственного удостоверения личности).
  • Биометрическая верификация: использует селфи для подтверждения того, что человек, предъявляющий удостоверение личности, является тем же человеком, чей портрет изображен на удостоверении личности.
  • Обнаружение живости: определяет, является ли селфи подлинным, обнаруживая поддельные атаки, такие как маски для лица или фотографии фотографий.
  • Аутентификация на основе знаний (KBA): генерирует вопросы «из кошелька» на основе информации в личном кредитном досье заявителя.
  • Проверка по одноразовому коду (OTP): передача одноразового кода по SMS или электронной почте заявителю в процессе проверки.
  • Trusted Identity Network: использует существующие учетные данные заявителя у другого провайдера для проверки его личности и снижения трения в процессе открытия счета и регистрации.
  • Методы баз данных: Методы баз данных используют данные из социальных сетей, автономных баз данных и других источников для проверки информации, предоставленной заявителем.

Как происходит проверка документов, удостоверяющих личность?

Проверка документов, удостоверяющих личность, играет важную роль в процессах открытия новых банковских счетов, оформления и заключения финансовых соглашений. Проверка документов — это метод цифровой проверки личности, используемый для проверки легитимности документа, удостоверяющего личность заявителя (например, паспорта, удостоверения личности, водительских прав и т.д.).

Целью является сбор, извлечение и анализ идентификационных данных для проверки подлинности выданных правительством документов, удостоверяющих личность. Это помогает отличить настоящее от мошеннического.  

С помощью автоматизированной проверки документов удостоверяющих личность, удостоверяющие личность документы могут быть проверены в режиме реального времени и в течение нескольких секунд.  

Используя встроенную камеру на мобильном или портативном устройстве, технология захватывает изображение документа, удостоверяющего личность заявителя. Затем искусственный интеллект и передовые алгоритмы проверки подлинности используются для анализа изображения с целью получения оценки подлинности для определения того, является ли идентификационный документ поддельным или подлинным.

Усовершенствованные аутентификаторы включают:

  1. Видимые элементы защиты: встроенные элементы защиты, такие как водяные знаки или голограммы, могут быть обнаружены, а их расположение и внешний вид проанализированы.
  2. Использование и согласованность шрифтов: Шрифты анализируются и сравниваются со стандартными шрифтами для конкретного шаблона документа. Расстояние между буквами, их форма и последовательность используются для анализа подлинности.
  3. Обнаружение закругленных углов: закругленные углы можно проверить, чтобы убедиться, что они выровнены по шаблонам.

Каковы преимущества проверки документов, удостоверяющих личность?

Проверка идентификационных документов позволяет удостоверять личность клиента в цифровом виде и в режиме реального времени, независимо от того, находится ли пользователь в отделении или удаленно.  

Для поставщиков финансовых услуг технология ускоряет открытие банковского счета, процесс регистрации, кредитование и финансирование, одновременно защищая от мошенничества и снижая процент отказа от услуг в цифровых банковских каналах и каналах онлайн-банкинга.

Как биометрия лица может быть использована для проверки цифровой идентификации и предотвращения мошенничества?

Сравнение лиц использует передовые алгоритмы для извлечения биометрических данных из изображения лица — переработка черт лица (таких как положение и размер глаз человека относительно друг друга) в стандартизированный набор данных. Сравнение двух наборов данных позволяет определить, принадлежат ли два изображения одному и тому же человеку. Если одно изображение получено из предварительно проверенного источника (например, паспорт или удостоверение личности, проверенное с помощью проверки документов), а второе изображение — это изображение, полученное в реальном времени от заявителя во время подачи заявления, то сравнение лиц может быть использовано для подтверждения его присутствия.

Важно также отметить, что существует четкая разница между распознаванием и сравнением лиц. Чтобы узнать больше, прочитайте статью нашего блога «Биометрическая верификация личности: разница между технологиями распознавания и сравнения лиц».

Каковы преимущества биометрической верификации?

Одной проверки документа, удостоверяющего личность, недостаточно, когда речь идет о создании надежного профиля личности в Интернете. Биометрическая проверка с использованием сравнения лиц обеспечивает дополнительный уровень доверия для определения того, что удаленный пользователь является тем же лицом, которое предъявило идентификационный документ. Обнаружение живости, например улыбки, помогает обнаружить поддельные атаки, такие как видео, маски для лица или фотографии фотографий.

Как работает обнаружение «живости»?

Для любой биометрической технологии лица решающее значение имеет способность обнаруживать подделку и мошенничество. Наиболее распространенной формой подделки является представление ранее полученного статического изображения человека для сравнения с изображением доверенного источника. Для того чтобы противостоять этому и убедиться в присутствии человека, можно использовать некоторые формы обнаружения живости.   

Сегодня на рынке представлено множество различных методов обнаружения «живости». Наиболее распространенная форма определения «живости» инструктирует пользователя выполнить серию движений головой для доказательства «живости». Более сложные методы, такие как 3D-распознавание и тепловидение, требуют специального оборудования и не подходят для повседневного коммерческого применения.

Для чего используется проверка личности?

Цифровая проверка личности используется для обеспечения удаленной регистрации при открытии новых счетов и кредитовании, а также для улучшения клиентского опыта

Новые клиенты ожидают, что смогут открыть счет через Интернет. В результате банкам и другим финансовым учреждениям необходимо предлагать открытие цифровых счетов через онлайн и мобильные каналы.  

Финансовые учреждения, которые хотят привлечь новых клиентов через цифровые каналы, должны понять, как полностью дистанционно принять клиента на обслуживание. Для многих финансовых учреждений это означает добавление цифровой проверки личности к их онлайн-возможностям. Чем быстрее они смогут достичь этой цели, тем лучше они смогут конкурировать с конкурентами, обладающими цифровыми технологиями, и новыми участниками рынка.

Цифровая проверка личности используется для борьбы с мошенничеством при подаче заявлений и выявления поддельных удостоверений личности в режиме реального времени

Учитывая масштабы и последствия мошенничества, крайне важно, чтобы финансовые учреждения выявляли мошенничество при открытии счета.Цифровая проверка личности может использоваться для определения того, действительно ли человек является тем, за кого себя выдает, или нет. Финансовые учреждения могут использовать цифровые методы проверки личности, такие как биометрия лица, для борьбы с мошенничеством, подтверждая личность пользователя в режиме реального времени — будь то онлайн или с телефона.  

Если пользователь неизвестен (например, в случае, когда новый клиент подает заявку на открытие счета удаленно), финансовые учреждения могут использовать сравнение лиц для сравнения живого изображения заявителя с изображением на документе, удостоверяющем личность, чтобы доказать, что пользователь не пытается открыть счет обманным путем.  

Вот как сравнение лиц используется для проверки личности заявителя и подтверждения его присутствия при открытии цифрового счета:

  • Проверка документов используется для проверки подлинности паспорта, удостоверения личности или водительских прав заявителя.
  • После подтверждения подлинности документа, удостоверяющего личность, заявителя просят сделать selfie с помощью карманного устройства.
  • Технология сравнения лиц сравнивает изображение selfie с изображением из проверенного документа, удостоверяющего личность, чтобы доказать, что проверяемое лицо действительно присутствует во время процесса открытия счета.


Цифровая проверка личности используется для автоматизированного паспортного контроля

Еще один распространенный случай использования сравнения лиц — автоматизированный паспортный контроль («электронные ворота»). Процесс использует проверку идентификационных документов и сравнение лиц для проверки подлинности идентификационного документа и присутствия настоящего владельца паспорта в режиме реального времени. Во время этого процесса изображение владельца паспорта, полученное из доверенного источника, сравнивается с фотографией человека, пытающегося пройти через ворота, в режиме реального времени.

Вот как сравнение лиц используется для подтверждения присутствия человека на паспортном контроле:

  • Пользователь предъявляет свой паспорт для аутентификации.
  • Изображение фотографии пользователя извлекается из его паспорта.
  • Изображение используется в качестве изображения доверенного источника.
  • Автоматические ворота делают фотографию пользователя.
  • Сравнение лица сравнивает изображение доверенного источника (извлеченное из паспорта) с фотографией.
  • Если изображение доверенного источника и фотография совпадают, пользователь пропускается.

Каковы преимущества цифровой проверки личности?

  • Полностью цифровой процесс обеспечивает превосходный пользовательский опыт и может увеличить рост цифровых каналов.
  • Цифровая проверка личности может помочь финансовым учреждениям снизить уровень мошенничества, когда неизвестный заявитель/потенциальный клиент находится на расстоянии.  
  • Цифровая проверка личности может помочь финансовым учреждениям в выполнении требований «Знай своего клиента» (KYC).
  • Биометрическая цифровая проверка личности по лицу использует сравнение лиц, чтобы установить, что лицо, предъявляющее удостоверение личности, соответствует лицу, указанному в документе, удостоверяющем личность
  • Мобильный захват изображений удобен и доступен для всех
  • Извлечение данных прямо из документа исключает ручной ввод данных
  • Документы могут быть проверены за считанные секунды (от

Правила и стандарты проверки личности

Нормативные акты в разных странах мира устанавливают стандарты для использования решений по проверке цифровых удостоверений личности. Например, AML5 и eIDAS содержат руководство для стран Европейского союза. AML5 фокусируется на борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма, в то время как eIDAS регулирует основные функции проверки цифровых удостоверений личности, такие как электронная подпись.

В США деятельность банков регулируется Программой идентификации клиентов (CIP), которая требует от финансовых учреждений иметь обоснованную уверенность в том, что каждый клиент, вступающий в банковские отношения, является тем, за кого себя выдает. Это было реализовано в рамках Закона о банковской тайне, дополненного Патриотическим актом. CIP стал требованием Патриотического акта для финансовых учреждений в 2003 году.

Будущее услуг по проверке личности и цифровой проверки личности

Организации в США и во всем мире, не сумевшие завоевать доверие потребителей, рискуют потерять этот бизнес. К сожалению, неадекватные услуги по проверке идентификационных данных часто легко используются мошенниками и подрывают доверие потребителей. Вот почему вам нужны многоуровневые решения для идентификации, аналитики и аутентификации на основе рисков с применением машинного обучения, которые могут отличить клиента от недобросовестного игрока, начиная с создания счета и заканчивая его текущим обслуживанием — и каждой транзакцией между ними для защиты от финансовых преступлений.

Член сборной России по волейболу сидя, чемпионка мира Е. Кунстман выступила с докладом на тематической дискуссии по спорту и олимпийским идеалам на 47-й сессии Совета ООН по правам человека | ПКР

7 июля состоялось заседание 47-й сессии Совета по правам человека Организации объединенных наций.

С приветственным словом к участникам обратились президент Международного олимпийского комитета Томас Бах, исполнительный директор Оргкомитета Токио-2020 Тоширо Муто и др.

Член сборной России по волейболу сидя, чемпионка мира Елизавета Кунстман в режиме видео-конференц-связи выступила с докладом по вопросу о поощрении прав человека через спорт и олимпийские идеалы на тему «Возможности эффективного использования спорта и олимпийских идеалов в целях поощрения прав молодежи»

«Добрый день, уважаемые участники 47-й сессии Совета по правам человека!

Я благодарю за выбор меня в качестве докладчика сегодняшней дискуссии. Меня зовут Кунстман Елизавета, мне 22 года, и я являюсь членом паралимпийской сборной команды России по волейболу сидя.

Тема «Возможности эффективного использования спорта и олимпийских идеалов в целях поощрения прав молодежи» актуальна и очень важна для меня лично, как и для многих.

Так случилось в моей жизни, что в детстве я попала под поезд и осталась без обеих ног. В один момент я лишилась и школы, и прогулок во дворе с друзьями, и вообще всякой активности. А мне нужно было чем-то заниматься, не могла я без дела сидеть. Меня пытались увлечь каким-то творчеством, но это было не то. Очевидным выходом стал спорт. Так я перепробовала и керлинг на колясках, и стрельбу, и баскетбол, а призвание нашла в волейболе сидя.

В 13 лет я оказалась самой юной волейболисткой паралимпийского движения в мире. В 15 – в составе сборной стала бронзовым призером Чемпионата мира, в 18 – чемпионкой Европы. А самая значимая из побед на данный момент — это триумф на Чемпионате мира 2018 года. Сборная России впервые заняла столь высокое место за всю историю развития волейбола сидя. Эту победу я посвятила своей маме, которая и привела меня в волейбольную секцию реабилитационного центра. Сегодня мы с командой продолжаем готовиться к своему главному старту четырехлетия – Паралимпийским играм в Токио.

Я не даю оценку случившегося со мной несчастья, сознательно не называю это трагедией, бедой, катастрофой. Я отношусь к нему философски — что произошло, того не изменить. Не переношу, когда ко мне относятся исключительно как к инвалиду. Я самый обычный человек, с самыми обычными проблемами, переживаниями, мечтами, интересами. И развлечения у меня самые обычные: посетить рэп-концерт, поехать исследовать новые города и страны, прыгнуть с парашютом, «пробить выезд» за хоккейное «Динамо». Но мои самые сокровенные мечты — все-таки о спорте.

Мне очень хочется, чтобы в России проводилось как можно больше крупных соревнований. Зимняя Паралимпиада была. Кубок мира по горнолыжному спорту прошел на Сахалине. А в 2022 году в южном городе России – Сочи – будут проводиться Всемирные игры IWAS и Кубок мира по фехтованию на колясках. В соревнованиях будет представлено семь видов спорта: фехтование (Кубок мира), легкая атлетика, плавание, стрельба из лука, настольный теннис, бадминтон и впервые включен в программу волейбол сидя, где я очень надеюсь поучаствовать со своей любимой командой. Хотелось бы увидеть так же много зрителей на трибунах, как это бывает в других странах. Там гораздо больше людей знают, что такое паралимпийский спорт, интересуются им и болеют за свои команды. И все это в принципе очень сильно влияет на жизнь всех людей с ограниченными возможностями.

Я очень рада, что за последнее десятилетие развитие паралимпийского движения набирает обороты. Практически во всех регионах Российской Федерации открываются детско-юношеские спортивно-адаптивные школы. Все больше внимания уделяется информационному освещению спорта людей с ограниченными возможностями здоровья. Для паралимпийцев создаются все условия, позволяющие им достичь спортивного мастерства, вдохновлять и восхищать мир.

Паралимпийский комитет России проводит огромную работу в привлечении людей с ограниченными возможностями здоровья к занятиям физической культурой и спортом, уделяя при этом особое внимание детям. В разных регионах нашей страны проходят Паралимпийские уроки и мастер-классы для детей с участием чемпионов и призеров Паралимпийских игр, чемпионатов мира и Европы, от которых в восторге и дети, и взрослые. Фотографируются, берут автографы, держат в руках настоящие паралимпийские медали, вдохновляются историями спортсменов и активно вовлекаются в занятия спортом.

Ежегодно Паралимпийский комитет России проводит Церемонию награждения премией «Возвращение в жизнь», на которой чествуются лучшие спортсмены, тренеры, специалисты и спортивные функционеры. В 2018 году после победы на Чемпионате мира наша женская команда по волейболу сидя была
удостоена этой награды в номинации «Я люблю тебя, жизнь».

Деятельность Паралимпийского комитета России широко освещается в СМИ, что, безусловно, сказывается на популяризации паралимпийского спорта. Ведь зачастую люди с инвалидностью предпочитают находится дома и информация, получаемая из этих источников, меняет их жизнь, помогает осознанно выбрать спорт и начать активный образ жизни.

В заключении, от себя лично, я бы хотела поблагодарить Организацию обьединенных наций за то, что она обратила внимание на влияние спорта на молодежь и на людей с ограниченными возможностями здоровья, в частности. Очень важно об этом говорить, развиваться и продвигаться в вопросе вовлечения инвалидов среди молодежи в физкультурно-спортивную деятельность. Ведь это значит, во многом восстановить у них утраченный контакт с окружающим миром, потому что спорт – это не только самый доступный способ поддержания и сохранения здоровья, но и очень эффективная мера физической, психологической и социальной реабилитации.

Желаю всем крепкого здоровья и благодарю за внимание!»

Covid-19 и мобильный трекинг в вопросах и ответах

Введение

Правительства и корпорации все шире используют цифровые технологии для борьбы с распространением нового коронавируса Covid-19. В то время как одни видят в технологических решениях важное средство отслеживания контактов, обеспечения карантина и получения картины распространения вируса с выходом на адресное использование ресурсов здравоохранения, у других эти практики вызывают серьезные вопросы с точки зрения прав человека. Инициативы об отслеживании местоположения пользователей мобильных телефонов вызывают у Human Rights Watch особую обеспокоенность в силу того, что такие данные, как правило, содержат чувствительные с точки зрения приватности сведения о личности человека, его передвижениях, поведении, устойчивых связях и деятельности.

Расширение масштабов программ мобильного трекинга в рамках борьбы с Covid-19 может быть избыточным с научной точки зрения и чревато нарушениями прав человека, если это не будет сопровождаться эффективными гарантиями защиты неприкосновенности частной жизни. Многолетний опыт реализации чрезвычайных мер, таких как электронная слежка для борьбы с терроризмом, показывает, что они зачастую заходят слишком далеко, не обеспечивают искомых результатов и, будучи введенными, нередко остаются в силе и после исчезновения исходной причины введения.

В предлагаемых «вопросах и ответах» рассматриваются различные способы использования правительствами данных о местоположении пользователей мобильной связи в контексте пандемии Covid-19, связанные с этим проблемы прав человека, а также применимые стандарты. Приводятся характерные примеры, рекомендации и предложения по учету рисков для прав человека, создаваемых использованием данных о местоположении мобильных устройств.

Что понимается под данными о местоположении пользователей мобильной связи и как они используются в условиях пандемии Covid-19?

Каким образом данные о местоположении пользователей мобильной связи используются в условиях пандемии Covid-19?

Под «данными о местоположении пользователей мобильной связи (мобильный трекинг)» мы понимаем геолокацию и сигнал базовых станций, с которыми связываются мобильные телефоны и другие устройства. Правительства рассматривают такие данные как одну из ключевых составляющих мер по сдерживанию распространения Covid-19. Индивидуальный мобильный трекинг продвигается как надежный способ отслеживания передвижений носителей коронавируса и выявления лиц, с которыми они контактировали в контагиозный период. Эта технология также может использоваться для контроля соблюдения социальной дистанции и других карантинных мер. С другой стороны, анализ агрегированных данных о местоположении может помочь в оценке эффективности социального дистанцирования, в моделировании дальнейшего распространения инфекции и в выявлении потенциальных «точек риска». Можно привести следующие примеры использования правительством таких средств в условиях Covid-19:

  • Отслеживание контактов. Данный метод направлен на выявление лиц, которые могли контактировать с носителем вируса, и блокирование его распространения с помощью оперативного установления круга лиц, которые близко общались с носителем (по нормам американских центров профилактики и борьбы с болезнями близким общением считается нахождение в пределах примерно двух метров от больного продолжительностью более 10 минут). Смысл в том, чтобы мотивировать таких людей к самоизоляции и прохождению тестирования и лечения. Поскольку коронавирус преимущественно передается воздушно-капельным путем при личном контакте, когда инфицированный человек кашляет, чихает или разговаривает, мобильный трекинг позиционируется как эффективный способ выявления круга потенциальных носителей.
  • Обеспечение соблюдения карантина и социального дистанцирования. Правительства вводят карантин и другие ограничения на передвижения, включая полное или частичное закрытие предприятий, общественных мест и учреждений, самоизоляцию инфицированных и социальное дистанцирование. Для мониторинга соблюдения всех этих ограничений используются данные о местоположении пользователей мобильной связи, которые собираются, например, с помощью приложений, устанавливаемых в добровольном или принудительном порядке.
  • Большие данные. На основании анализа больших массивов агрегированных данных корпорации и правительства также выстраивают модели перемещения и поведения населения и отслеживают их изменение. Такой анализ проводится с целью прогнозирования распространения вируса и оценки эффективности мер профилактики, таких как социальное дистанцирование, а также для определения приоритетных территориальных потребностей в тестировании и лечении.
  • Формирование географии точек риска. Данная методика также основана на анализе больших массивов данных, который в сочетании с данными о местоположении и передвижениях инфицированных людей позволяет выделить потенциальные территории риска, на которых могут объявляться предупреждения, вводиться карантин или проводиться дезинфекционные мероприятия.

Как работает мобильный трекинг?

Данные о местоположении пользователя мобильной связи могут быть получены различными способами, включая определение по базовым станциям, GPS-сигнал и Bluetooth-маячки.

  • Определение местоположения по базовым станциям. Связь между пользователями и подключение к интернету осуществляется через базовые станции в центре каждой «соты». По мере движения владельца устройства оно связывается с разными базовыми станциями, и эта информация хранится у оператора сотовой связи (ОСС). По трем базовым станциям методом «триангуляции» можно довольно точно установить местоположение мобильного устройства. Правительства могут требовать от ОСС предоставлять такие сведения как по текущим, так и по прошлым передвижениям.
  • GPS-сигнал. Встроенная в мобильный телефон функция геолокации по GPS-сигналу позволяет определить его местоположение с точностью от 1,5 до 3 метров. Эта функция используется множеством мобильных приложений (карты, соцсети, игры, шопинг, служебные программы), и журнал загрузок данных геолокации может оказаться доступным властям и компаниям, которые занимаются коммерциализацией данных. Среди последних есть как крупные, так и малоизвестные компании, собирающие данные о потенциальных потребителях и затем продающие их непосредственно или основанную на них аналитику на свободном рынке. На сегодняшний день появилось уже множество GPS-приложений для отслеживания контактов и соблюдения карантина. Помимо этого, обезличенные данные геолокации могут использоваться для моделирования потоков людей как в прошлом, так и в режиме реального времени.
  • Bluetooth-маячки. Bluetooth представляет собой технологию маломощной беспроводной связи на коротком расстоянии (в пределах около 10 метров), которая преимущественно используется для прямого соединения устройств друг с другом. Для целей отслеживания контактов предлагается использовать специальное приложение, которое по сигналу Bluetooth способно с относительно высокой точностью установить факт нахождения мобильного телефона рядом с другими устройствами. В силу этого данный метод можно проще всего охарактеризовать как трекинг контактов.

Применимые стандарты прав человека

Международные нормы о правах человека предусматривают, что даже когда государство в условиях чрезвычайного положения ограничивает права и свободы в интересах охраны здоровья населения, то такие ограничения должны быть законными, необходимыми и соразмерными. Чрезвычайное положение должно быть ограничено по времени, а любые ограничения прав человека должны учитывать непропорциональные последствия для отдельных категорий населения или маргинализованных групп.

Эти принципы применимы и к мерам реагирования на Covid-19 с использованием данных о местоположении пользователей мобильной связи. В ходе сбора и анализа таких данных может быть получена информация о личности, передвижениях и контактах пользователей, что чревато ущемлением права на неприкосновенность частной жизни. Статья 17 Международного пакта о гражданских и политических правах, основанная на статье 12 Всеобщей декларации прав человека гласит, что «никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции». Комитет по правам человека в своем замечании общего порядка по этой статье указывает, что вмешательство в право на личную жизнь «вообще не может иметь места за исключением случаев, предусмотренных законом (курсив – HRW.)». При этом ограничения должны быть соразмерными искомой цели и необходимыми с учетом остроты ситуации.

Human Rights Watch и еще свыше 100 неправительственных организаций недавно настоятельно призвали правительства уважать приватность и права человека при использовании цифровых технологий для сдерживания пандемии. По нашему общему мнению, при этом должны соблюдаться как минимум следующие условия:

  • должны быть законными, необходимыми, соразмерными, прозрачными и оправданными с точки зрения законной цели в области охраны здоровья населения;
  • должны быть ограничены по времени и действовать только на период, необходимый для борьбы с пандемией;
  • должны быть ограничены по масштабам и приниматься исключительно в целях борьбы с пандемией;
  • должны обеспечивать достаточный уровень защиты любых собираемых персональных данных;
  • должны учитывать риски дискриминации и других нарушений прав человека в отношении маргинализованных групп населения;
  • должны обеспечивать прозрачность любых договоренностей об обмене данными с другими государственными и частными акторами;
  • должны включать гарантии недопущения неправомерной слежки и обеспечения доступа к эффективным средствам правовой защиты;
  • должны включать механизмы свободного, активного и содержательного участия заинтересованных сторон.

Как правительства используют мобильный трекинг в борьбе с Covid-19?

Растущее использование правительствами данных о местоположении пользователей мобильной связи для борьбы с распространением Covid-19 объясняется вполне понятными соображениями охраны здоровья населения, поскольку любая вирусная инфекция – это прежде всего контакты между людьми. Базирующаяся в Лондоне организация Privacy International ведет мониторинг соответствующих практик правительств, технологических компаний и международных организаций. Ниже мы приводим некоторые примеры.

Отслеживание контактов по данным операторов сотовой связи (ОСС)

Власти могут получать доступ к данным ОСС. В Израиле правительство 17 марта предоставило службе контрразведки и внутренней безопасности «Шин-Бет» право запрашивать у ОСС и обрабатывать «технические данные», включая местоположение абонентов, без согласия последних с целью выявления круга лиц, которые контактировали с носителем вируса. В рамках этой программы министерство здравоохранения рассылает на соответствующие номера предупреждения о необходимости самоизоляции. Данное решение было принято кабинетом в обход парламента, и верховный суд впоследствии постановил, что правительство должно провести закон, «обеспечивающий соблюдение принципов защиты приватности», в противном случае программа должна быть прекращена. 23 марта министерство здравоохранения выпустило специальное приложение, которое устанавливается добровольно и предупреждает пользователя, если он контактировал с инфицированным человеком.

В Армении парламент 31 марта предоставил властям предельно широкие полномочия по слежке за гражданами, обязав ОСС предоставлять сведения по всем абонентам, включая номер и местоположение телефона, дату и время каждого звонка и СМС-сообщения. Власти могут использовать эту информацию для выявления подлежащих изоляции инфицированных лиц и самоизоляции близко контактировавших с ними, а также для мониторинга соблюдения карантинных мер.

В России премьер-министр 20 марта поручил Минкомсвязи разработать на основе данных ОСС общенациональную систему отслеживания лиц, контактировавших с коронавирусными больными. 1 апреля министерство отчиталось о выполнении.  Оно запросило у региональных властей обезличенные списки мобильных номеров носителей коронавируса и людей, находящихся на самоизоляции после возвращения из-за рубежа или контактов с подтвержденными носителями.

В Эквадоре президент 16 марта своим чрезвычайным указом разрешил правительству использовать данные спутниковой и мобильной связи для мониторинга людей, у которых выявлен коронавирус, близко контактировавших с ними, а также тех, у кого имеются характерные симптомы или кто находится на обязательной самоизоляции после возвращения из-за рубежа.

Отслеживание контактов по Bluetooth-приложениям

В Сингапуре правительство 20 марта выпустило Bluetooth-приложение для отслеживания контактов TraceTogether. В случае заражения гражданин обязан по закону оказывать содействие министерству здравоохранения, аккуратно фиксируя свои передвижения и контакты с целью минимизировать риск распространения инфекции. Журналы данных хранятся на телефоне в зашифрованном виде с использованием «криптографически генерируемого временного сертификата». Если пользователь приложения является подтвержденным носителем Covid-19 и дает согласие министерству здравоохранения на выгрузку журнала данных, то власти могут декодировать временный сертификат и получить доступ к списку номеров из журнала.

Еврокомиссия 8 апреля приняла рекомендацию об общеевропейском подходе к использованию мобильных приложений, в том числе и для отслеживания контактов. Подход должен основываться на принципах защиты приватности и персональных данных, включая использование минимально возможного объема данных и такие гарантии, как агрегирование, шифрование и децентрализация. Предполагается также исходить из добровольности и предпочтительно использовать отслеживание через Bluetooth. В дальнейшем должны быть приняты нормативные положения о защите данных и приватности при использовании мобильных приложений. 17 апреля Европарламент поддержал эту рекомендацию, добавив требование полной прозрачности, с тем чтобы граждане могли убедиться в безопасности и приватности используемого в таких приложениях протокола. В настоящее время ряд государств ЕС, в том числе Франция, Германия и Нидерланды, находятся в процессе выбора приложений.

В Норвегии Национальный институт общественного здравоохранения 16 апреля выпустил добровольное автоматическое приложение, которое отслеживает передвижения пользователя и рекомендует ему карантин в случае контактов с подтвержденным носителем вируса. Если вирус обнаружится у самого пользователя, то приложение на основании данных о его контактах отправит СМС-сообщение о необходимости самоизолироваться всем людям, которые находились на расстоянии ближе двух метров от него в течение более 15 минут.

Мобильные приложения для отслеживания карантина и социального дистанцирования

В городах и провинциях Китая для определения людей, подлежащих помещению на карантин, и срока этого карантина власти используют приложение Health Code от частных разработчиков. Приложение присваивает каждому из примерно 700 млн пользователей один из трех цветовых кодов: зеленый разрешает беспрепятственное передвижение, желтый требует семидневного карантина, красный – карантин на две недели. Чтобы пройти в здание, сходить с магазин, воспользоваться общественным транспортом и передвигаться в пределах микрорайона необходимо предъявить на блокпосту QR-код для сканирования. Однако правила присвоения цветового кода засекречены, поэтому человек не знает, в связи с чем ему присвоен тот или иной код или почему он изменился. Приложение также собирает данные о местоположении пользователей, которые открыты для полиции. Пользователи жалуются на произвольность квалификации и трудности с ее обжалованием; некоторым приходится неопределенно долго оставаться дома даже после установленного приложением срока карантина.

В Турции министр здравоохранения 7 апреля заявил, что носители Covid-19 должны в обязательном порядке загружать приложение «Остаемся дома» в рамках проекта по отслеживанию самоизоляции в период пандемии. Приложение отслеживает передвижения людей, подлежащих самоизоляции: в случае выхода из дома им приходит СМС-предупреждение и поступает приказ оставаться дома из автоматического колл-центра. В рамках программы информация о лицах, игнорирующих предписание и продолжающих нарушать карантин, передается в правоохранительные органы, и к ним могут быть применены уголовные санкции вплоть до ареста на срок от двух месяцев до года по статье 195 УК. Human Rights Watch пока не проводила исследования того, насколько массово это приложение применяется на практике и насколько жестко власти следят за соблюдением указанных требований.

В Москве столичные власти запустили в апреле приложение, отслеживающее передвижения больных Covid-19, которые проходят лечение на дому. Его обязаны устанавливать все, кому предписан режим домашней изоляции. Приложение требует доступа ко всем звонкам, геолокации, камере, памяти, сетевым данным, сенсорам и другим данным, что в совокупности должно обеспечивать соблюдение самоизоляции на период контагиозности. Это приложение дополняет развернутую в Москве одну из крупнейших в мире систем уличных камер с функцией распознавания лиц, которая способна отслеживать нарушителей режима самоизоляции. 15 апреля в Москве и Московской области также была введены цифровые пропуска для разовых поездок как на общественном, так и на личном транспорте.

Анализ больших данных

В Евросоюзе восемь крупнейших ОСС согласились предоставлять Еврокомиссии обезличенные метаданные для моделирования и прогнозирования распространения Covid-19. Один из еврочиновников обещал, что данные будут использовать в агрегированном и обезличенном формате и что Комиссия ЕС удалит их после окончания пандемии, однако уполномоченный Еврокомиссии по вопросам защиты персональных данных не исключил, что эти меры могут стать постоянными.

В США компании мобильной рекламы, собирающие данные о местоположении пользователей мобильной связи и интернета для адресной рекламы, предоставляют, как сообщается, результаты их обработки центрам профилактики и борьбы с болезнями и некоторым штатовским и муниципальным властям. В условиях Covid-19 такие соглашения об обмене данными призваны помочь властям составить картину путей распространения вируса и корректировать реагирование органов здравоохранения. При этом такие договоренности в значительной степени остаются непубличными, в том числе в части порядка сбора, предоставления, обезличивания и анализа данных. Сообщалось также, что федеральное правительство работает над созданием общенациональной системы коронавирусного мониторинга для прогнозирования числа случаев заражения и госпитализации в масштабах всей страны. Остается неясным, в какой степени этот проект связан с обменом данными между индустрией мобильной рекламы и центрами профилактики и борьбы с болезнями.

В Южной Корее власти в дополнение к отслеживанию носителей вируса по мобильному трекингу, камерам наружного наблюдения и использованию информации об использовании банкоматов и банковских карт разработали на основе агрегированных данных публичную карту случаев заражения, которая позволяет гражданам проверить вероятность контактов. Эта карта была официально запущена 26 марта. Органы здравоохранения также рассылают пользователям мобильных телефонов подробные уведомления с информацией о подтвержденных случаях, включая возраст, пол и передвижения человека за двое суток по помещения их на карантин. Это делается для того, чтобы случайно контактировавшие с больными лица (например, посетители того же ресторана в то же время) были готовы к тому, что и у них может обнаружиться коронавирус.

В Эквадоре президент 6 апреля анонсировал запуск сервиса SOS-Covid, который использует информацию скорой помощи, министерств телекоммуникаций и здравоохранения и ОСС, а также данные приложения Salud EC (см. ниже) для мониторинга соблюдения карантина, выявления случаев заражения, проведения массового тестирования и выявления зон риска с тесными контактами между людьми.

Решения на основе инициативного информирования самим пользователем

Правительства также разрабатывают программы, которые позволяют гражданам сообщать о случаях заражения коронавирусом и на основании данных о местоположении направлять людей в медицинские службы. Например, в Эфиопии Агентство по безопасности информационных сетей 23 марта запустило платформу мониторинга Covid-19, на которой приводится информация о случаях заражения и сообщается о ближайших аптеках, больницах и полицейских участках. Люди с характерной симптоматикой или контактировавшие с подтвержденными носителями могут сами сообщать об этом через платформу министерству здравоохранения. Система также позволяет пользователям информировать о противозаконных или несанкционированных проявлениях, таких как массовые публичные мероприятия, и о людях с подозрением на коронавирус – на основании субъективной оценки информатора. Последнее вызывает обеспокоенность, особенно в ситуации, когда имеют место сообщения о случаях притеснения и дискриминации иностранцев и работников здравоохранения по мере нарастания в Эфиопии числа случаев Coivd-19.

В Эквадоре 25 марта было объявлено о разработке приложения Salud EC, которое фиксирует имя, год рождения, номер удостоверения личности и геолокацию пользователей. Это приложение устанавливается добровольно, и пользователи могут через него сообщать о своих симптомах Covid-19, после чего приложение предоставляет пользователю доступ к онлайновым ресурсам, созданным властями для борьбы с эпидемией.

Как может мобильный трекинг приводить к вмешательству в право на неприкосновенность частной жизни?

Мобильный трекинг создает значительные и убедительно доказанные риски для приватности. Данные о местоположении пользователей мобильной связи могут содержать чувствительную и не подлежащую разглашению информацию о личности человека, месте его проживания, поведении, связях и деятельности. Использование данных сетей мобильной связи дает властям точечные и в режиме реального времени возможности, которые могут быть задействованы для принудительного обеспечения карантина, дискриминации или преследования граждан по иным мотивам. В руках недобросовестного правительства, которое уже практикует интрузивные методы слежки, это может приводить к усугублению репрессий.

Описанные выше программы мобильного трекинга дают основания опасаться, что правительства могут собирать, использовать и хранить данные не только для законных и адресных мер мониторинга заболеваемости. Непрозрачность многих подобных инициатив, как в Эквадоре и Эфиопии, не позволяет обществу оценивать, существуют ли разумные пределы той персональной информации, которую предполагается собирать, использовать, агрегировать и хранить, а также прекратится ли трекинг и сбор данных, когда пандемия пойдет на спад. Это особенно актуально для таких стран, как Китай, Эфиопия и Россия, где уже сложилась практика массовой слежки.

К другим проблемным аспектам относятся: ограничение свободы передвижения на основе произвольных и непрозрачных алгоритмов приложений, как в Китае; отсутствие необходимости на получение согласия на использование данных, как в Армении, Израиле и Южной Корее; увязка мобильного трекинга с другими технологиями, включая распознавание лиц, как в Москве. Почти все инициативы по борьбе с коронавирусом, связанные с использованием данных о местоположении, предполагают попадание обширных массивов данных в руки правительств, многие из которых устойчиво практикуют репрессии и дискриминацию в отношении маргинализованных групп населения, таких как религиозные меньшинства и политические диссиденты.

Избыточное вмешательство в персональные данные о местоположении человека открывает дорогу и другим неоправданным ограничениям прав и свобод. Например, в Израиле «Шин-Бет», как сообщается, ошибочно ограничивала свободу передвижения, отправляя на карантин людей с негативным результатом теста на коронавирус, в том числе женщину, которой предписали самоизоляцию после того, как она с улицы помахала находившемуся на карантине больному. Открытие правоохранительным органам доступа к информации также может отталкивать людей от обращения к врачу. В США муниципальные власти собирают адреса людей с положительным тестом на коронавирус и передают эти сведения полиции и экстренным службам. По мнению некоторых экспертов в области здравоохранения, такая практика может препятствовать обращению к врачу или прохождению тестирования, поскольку человек может испугаться попасть в полицейскую базу. Наконец, обнародование деликатных подробностей передвижения и поведения людей может провоцировать страх, панику и дискриминацию. В Южной Корее власти рассылают «инструкции по безопасности», в которых население информируется о местах, где побывали инфицированные. Владельцы магазинов и ресторанов, оказавшихся в таких списках, рассказывали журналистам The Guardian, что это отпугивает клиентов и может обернуться закрытием бизнеса даже в том случае, если они продезинфицируют помещение.

В чем может быть опасность даже обезличенных данных?

Обезличивание, то есть исключение идентифицирующей информации из данных о местоположении пользователя мобильной связи, принято считать одной из гарантий защиты приватности, однако на сегодняшний день уже хорошо известно, что сопоставление обезличенных данных с персональной и общедоступной информацией позволяет идентифицировать человека. Чтобы исключить такую возможность, правительствам нужно вводить прямой запрет на сопоставление обезличенных данных с другими персональными данными. Это стало серьезной проблемой в Южной Корее, где степень детализации истории передвижений лиц с подтвержденным коронавирусом в рассылаемых СМС-сообщениях позволяла «вычислять» конкретного человека. Сообщалось, что некоторые люди, в которых на основании таких сообщений заподозрили носителей вируса, становились мишенью ненавистнических высказываний или притеснений. В других случаях информация в сообщениях давала повод для спекуляций о супружеской неверности и социальной стигматизации. Национальная комиссия по правам человека раскритиковала власти за разглашение большего объема информации, чем это необходимо в противоэпидемических целях, и, соответственно, нарушение приватности и прав инфицированного лица, включая «вторичные последствия, когда пациент становится объектом критики, оскорблений и ненависти в интернете». Комиссия рекомендовала обнародовать только время появления носителя вируса в том или ином общественном месте, но не всю историю его передвижений.

Несут ли агрегированные данные риски для приватности?

Для прогнозирования распространения инфекции и оценки эффективности противоэпидемических мероприятий правительства и компании также прибегают к анализу больших массивов геолокационных данных. Одним из примеров является сотрудничество индустрии мобильной рекламы с американскими центрами профилактики и борьбы с болезнями. Google запустил отчеты о мобильности в местных сообществах: они «разделены по регионам и содержат данные о том, насколько чаще или реже люди выходят из дома и посещают общественные места, например торговые и развлекательные центры, продовольственные магазины, аптеки, парки, вокзалы и т. д.». Facebook в рамках инициативы по созданию карт профилактики заболеваемости предоставляет своим партнерам, в числе которых Гарвардская школа общественного здравоохранения и тайваньский Национальный университет Цинь Хуа, визуализацию данных о вероятности нахождения людей в одном и том же месте, об эффективности социального дистанцирования и соблюдения других мер профилактики, а также «индекс социальных связей», предполагающий возможность увязать распространение инфекции с трансрегиональными контактами.

В Google и Facebook говорят, что используют обезличенные и агрегированные данные о местоположении, позволяющие с большой степенью достоверности моделировать передвижение и поведение людей, но не детальные истории перемещений, открывающие возможности для обратной идентификации. Теоретически, агрегированные данные действительно несут меньше рисков для приватности, однако осуществляющие агрегирование компании и правительства должны обеспечивать раскрытие информации об используемых протоколах и процедурах в таком объеме, который позволял бы независимым и внешним исследователям удостовериться в том, что они действительно работают. Проекты по отслеживанию Covid-19 на основе агрегированных данных также должны раскрывать информацию о том, каким образом делаются выводы, как используются эти данные для принятия мер в области здравоохранения, а также о степени точности и рисках такого анализа.

Обеспечивается ли приватность при отслеживании контактов через Bluetooth-приложения?

Некоторые компании и исследователи недавно анонсировали новые разработки с целью обеспечить дополнительную защиту приватности при отслеживании контактов с помощью Bluetooth-приложений. К числу наиболее заметных относятся Pan-European Privacy Preserving Proximity Tracing (PEPP-PT), Decentralized Privacy-Preserving Proximity Tracing (DP-3T), и Privacy-Preserving Contact Tracing от Apple и Google, включающий программный интерфейс (API), который органы здравоохранения могут интегрировать в свои собственные приложения по отслеживанию контактов. Следующий этап – это система отслеживания контактов системного уровня, способная работать на всех устройствах на iOS и Android по принципу подписки. Отслеживание Bluetooth-контактов основано на том, что устройства в зоне действия данной связи обмениваются кодами-псевдонимами, которые представляют собой случайную последовательность чисел, не связанную с личностью пользователя, и меняющуюся каждые 10-20 минут для дополнительной надежности. Если пользователь становится носителем вируса, устройства могут оповестить об этом все телефоны, с которыми они находились на достаточно близком расстоянии. При этом носитель вируса не идентифицируется и не знает, кому разосланы предупреждения.

Bluetooth-приложения для отслеживания контактов позиционируются как самый надежный и безопасный способ, поскольку способность устройств связываться друг с другом обеспечивает максимально возможную достоверность и существует возможность выстраивания децентрализованной архитектуры, в которой данные хранятся локально на самом устройстве, а не в централизованной базе.

При всех многообещающих перспективах Bluetooth-системы пока недостаточно протестированы, а их разработка не исключает вариантов, чреватых рисками для приватности и безопасности персональных данных. Например, такие системы могут использовать как централизованные базы данных, так и децентрализованные – когда данные хранятся на телефоне. Некоторые правительства могут предпочесть централизованный вариант, однако это создает риски, если соответствующий орган располагает возможностями для недобросовестного использования метаданных и при этом склонен к коррупции или уязвим для законодательного принуждения, либо не принимает надлежащих мер предосторожности для защиты данных от посягательств со стороны недобросовестных акторов.

По общему мнению, децентрализованное хранение данных на индивидуальных устройствах выглядит предпочтительнее с точки зрения защиты приватности, однако и это не исключает определенных рисков. Враждебно настроенный к пользователю и обладающий достаточными техническими возможностями субъект в непосредственной близости от устройства способен считывать хранящиеся на нем сертификаты носителей вируса или может установить свое стационарное устройство, считывающее сертификаты проходящих мимо пользователей.

Более того, ученые из «Института технологий в интересах общества» предупреждают о том, что технические меры защиты могу не обеспечивать гарантий от недобросовестного использования технологий отслеживания контактов. Например, надежное шифрование и децентрализация не исключают вероятности того, что государственный орган или частная компании потребуют ознакомить их с содержанием приложения для предоставления доступа в здание или возможности воспользоваться транспортными услугами (например, чтобы убедиться, что пользователь не принадлежит к группе риска).

В Индии официальное «коронавирусное» приложение Aarogya Setu изначально позиционировалось как добровольное при его релизе в начале апреля, однако по распоряжению департамента кадров государственной службы от 29 апреля оно стало обязательным для всех государственных служащих, а по распоряжению МВД от 1 мая – для всех работников государственного и частного сектора.

Даже если то или иное приложение будет официально позиционироваться как добровольное, на практике многие компании уже заявляют, что его установка будет обязательным условием допуска к работе. Как выяснила Human Rights Watch, в Китае местные власти требуют предъявлять приложение Health Code на телефоне для того, чтобы воспользоваться такси или общественным транспортом либо пройти в супермаркет или жилой микрорайон. Наконец, как отмечают эксперты в области технологий, права и эпидемиологии, Bluetooth-приложения для отслеживания контактов уязвимы для троллинга и спуфинга, что может подорвать доверие к таким системам.

Насколько оправданны риски для приватности?

Возможность сбоев в программах мобильного трекинга вызывает сомнения в том, что связанные с такими программами ограничения приватности действительно необходимы для защиты здоровья населения.

Ключевая проблема заключается в том, способны ли эти технологии достоверно установить факт близкого контакта с носителем вируса (в пределах двух метров в течение как минимум 10 минут). По мнению технических экспертов, определение местоположения пользователя мобильной связи по базовым станциям или GPS-сигналу не обеспечивает достаточной точности для уверенной оценки риска инфицирования. Технологии отслеживания контактов через Bluetooth-приложения способны обеспечить более высокий уровень точности, однако здесь следует учитывать фактор искажения при наличии других активных устройств и общих помех, например, в многолюдных зданиях или оживленных городских парках. Более того, сам факт контакта ничего не говорит о его характере: находятся ли два человека в закрытом пространстве или на улице, в масках ли они или чихнет ли в этот момент кто-нибудь из них.

На эффективности мобильного трекинга может сказываться и разнообразие вариантов использования мобильных телефонов. Например, существует допущение, что каждый телефон используется конкретным человеком и только им. Однако в Сьерра-Леоне, как выяснилось, метаданные оказались не слишком надежным источником информации во время вспышки лихорадки Эбола в 2014 – 2016 гг., поскольку у многих был не один телефон и поскольку мобильные устройства активно передавались или продавались в кругу родственников и знакомых. Наконец, в местностях со слабым сигналом, в том числе в зонах конфликтов, где вышки часто являются стратегически важной мишенью противоборствующих сторон, люди часто используют несколько SIM-карт или телефонов.

Может ли неоправданное увлечение мобильным трекингом во время эпидемии приводить к дискриминации в отношении меньшинств?

Неравенство в наличии мобильных телефонов, цифровой грамотности и способности осваивать новые технологии может приводить к тому, что уязвимые или маргинализованные группы населения оказываются вне зоны охвата противоэпидемическими мерами, которые в неоправданно большой степени полагаются на мобильный трекинг. Это неравенство особенно рельефно проявляется, когда речь идет о приложениях для отслеживания контактов, изначально рассчитанных на то, что у каждого человека есть смартфон определенного технического уровня и устойчивый доступ к мобильной связи и интернету.

По данным GSMA — глобального отраслевого объединения операторов сотовой связи, в конце 2019 г. в интернет через мобильный телефон выходили 49% жителей планеты. В некоторых регионах, как в Африке южнее Сахары, этот показатель составляет всего 26%. Отраслевые аналитики считают, что отслеживанием контактов через Bluetooth-приложения не удастся охватить до 2 млрд пользователей мобильной связи, чьи устройства не поддерживают эту технологию, или около четверти всех используемых сегодня мобильных телефонов.

Также широко известен диспаритет в доступности и использовании мобильных устройств по географическому (город–село) и гендерному признакам, в целом отражающий и консервирующий устойчивые паттерны неравенства. Пожилые люди, которые составляют группу повышенного риска в условиях пандемии Covid-19, с меньшей вероятностью будут пользоваться специализированными приложениями, в также могут вообще иметь могут не иметь смартфона или даже доступа в интернет. В США опрос Pew в 2019 г. показал, что у 68% людей в возрастной группе от 55 до 73 лет были смартфоны, в то время как для возрастной группы от 23 до 38 лет эта цифра достигала 93%. В Италии, которая занимает одно из последних мест в Европе по охвату интернетом, правительство признало ограниченную эффективность разработанного им добровольного приложения по отслеживанию контактов, поскольку одна шестая часть населения не пользуется интернетом, а пожилые люди далеко не всегда загружают приложение. В Китае пожилые люди без смартфона больше не могут ни ездить в общественном автобусном транспорте (для это теперь необходимо наличие установленного приложения Health Code), ни попасть в государственную больницу (на прием необходимо записываться онлайн).

В некоторых странах гендерный разрыв среди пользователей интернета может достигать 31%. В целом по миру среди владельцев смартфона женщин примерно на 327 млн меньше, чем мужчин. Распространение смартфонов среди женщин сдерживается, среди прочего, таким фактором, как меньший уровень грамотности: в целом по миру из, оценочно, 781 млн неграмотных в возрасте 15 лет и старше почти две трети составляют женщины и девочки. Если правительства и бизнес введут наличие приложений для отслеживания контактов в качестве обязательного условия для допуска в общественное или частное пространство, то это приведет к дискриминации уязвимых и маргинализованных групп населения, у которых меньше возможностей загружать такие программы.

Human Rights Watch также предупреждает о том, что использование неполных и дискриминационных баз данных чревато дезориентацией усилий общественного здравоохранения таким образом, что это будет создавать угрозу правам наиболее бедных и уязвимых людей. Например, строгое соблюдение социального дистанцирования в странах с низким уровнем жизни может приводить к неоправданным последствиям для тех, кто находится на передовой борьбы с эпидемией, и тех, кто не имеет крова над головой или, лишившись работы, зависит от получения бесплатного питания и посещения служб социальной поддержки. Их передвижения могут показаться аномальными или нарушающими социальную дистанцию, в то время как им приходится быть более мобильными в силу специфики своего положения.

Рекомендации

Все описанные выше технологии преследуют благую цель – защитить здоровье населения в условиях чрезвычайной ситуации, и эта цель может оправдывать определенное ограничение прав и свобод. Однако многолетний опыт введения чрезвычайных мер показывает, что они часто заходят слишком далеко, не обеспечивают достижения искомых целей и, будучи принятыми, сохраняются дольше необходимого. Вне зависимости от остроты ситуации государства и частные акторы должны стремиться к тому, чтобы чрезвычайные меры не выходили за рамки допустимых законом ограничений прав личности.

Это означает, что правительства в своей борьбе с Covid-19 могут использовать или санкционировать технологии мобильного трекинга только в том случае, если будет доказана их необходимость и соразмерность с противоэпидемической точки зрения и если их использование будет сопровождаться достаточными гарантиями, исключающими нарушение прав и свобод. Должен быть дан ответ на принципиальный вопрос о том, действительно ли такие технологии способны сдерживать распространение коронавируса или в реальности они могут искажать представление о риске заражения конкретного человека либо вводить в заблуждение общество в целом. Государство должно оценивать, имеющиеся в его распоряжении другие способы, которые были бы менее интрузивны для таких прав человека, как неприкосновенность частной жизни и свобода передвижения. Пределы ограничения эти прав регламентированы международно-правовым стандартом, который устанавливает следующие требования:

  • Ограничения должны быть законными, то есть не произвольными и не дискриминационными по своему характеру и применению и вводимыми на основании закона, который бы обеспечивал бы ясное понимание людьми налагаемых на них ограничений и предусматривал четкие границы дискреционных полномочий властей.
  • Ограничения должны быть необходимыми, что есть эффективными, основанными на научных фактах и в минимально возможной степени ущемляющими права и свободы.
  • Ограничения должны быть соразмерными рискам для здоровья населения и не должны никоим образом затрагивать сущность ограничиваемых прав.
  • Ограничения должны преследовать законную цель: в данном случае – это защита здоровья населения (но не ксенофобская или дискриминационная повестка).
  • Действие ограничительных мер должно быть ограничено по времени периодом чрезвычайной ситуации.
  • Применяемые технологии и уполномоченные пользователи должны обеспечивать уважение человеческого достоинства.
  • Применяемые технологии должны быть прозрачными и должны подлежать проверке и надзору; должны быть предусмотрены средства правовой защиты на случай нарушения прав человека.

Критерии оценки предлагаемых программ мобильного трекинга

У Human Rights Watch вызывает серьезные сомнения то, что описываемые в данном материале способы использования данных о местоположении мобильных устройств отвечают указанному выше стандарту. В то же время правительства по всему миру стремительно и без оглядки внедряют такие программы. Важно, чтобы при оценке предлагаемых или уже внедренных технологий мобильного трекинга общественность, СМИ, научно-техническое сообщество и политики исходили из четких критериев, позволяющих определить избыточные риски для прав человека (см. ниже).

Предварительные вопросы

Правительства, корпорации и другие разработчики программ, основанных на данных о местоположении пользователей мобильной связи, должны для начала оценить, насколько точно соответствующее техническое решение позволяет определить вероятность нахождения человека вблизи носителя коронавируса. Соответствует ли способ выявления лиц из группы риска тому, что мы знаем о передаче Covid-19 (например, с точки зрения выбора между отслеживанием контактов и отслеживанием симптомов)? Имеется ли техническая возможность так или иначе учитывать особенности контакта с носителем вируса (например, при нахождении в многолюдном здании или в оживленном парке) или использования мобильного телефона (например, в случае совместного использования или частой передачи устройства между пользователями)? Какие ошибки вероятны при работе программы? Как эти ошибки могут сказываться на доступе человека к тестированию и/или лечению и на мерах общественного здравоохранения в целом?

Для того чтобы обеспечить эпидемиологическую целесообразность программы и исключить ситуации предвзятости и ошибок, правительства и корпорации должны вести содержательный и прозрачный диалог с заинтересованными сторонами (включая гражданское общество, представителей уязвимых и маргинализованных категорий населения, специалистов по цифровым технологиям и эпидемиологов). В частности, следует рассматривать вопросы возможной увязки программ с институциональными мерами: например, предусмотрена ли возможность тестирования и лечения для людей, выявленных как находившихся в зоне контактного риска? Также необходимо оценить, не будет ли программа отвлекать ресурсы от реализации мер нетехнологического характера, таких как отслеживание контактов в ручном режиме и разъяснительная работа о необходимости социального дистанцирования, и если да, то к каким последствиям это может привести.

Заинтересованные стороны также должны выяснять, действительно ли программа является полностью добровольной и возможны ли санкции или негативные последствия в связи с отказом от участия в ней. Например, важно составить представление о том, несет ли в себе реализация программы риски санкций или неоправданных ограничений свободы передвижения, доступа к здравоохранению и других прав, особенно для уязвимых и маргинализованных групп.

Вопросы на стадии разработки

Если программа уже находится в стадии разработки, то в дополнение к перечисленным выше вопросам важно убедиться в том, чтобы в нее были встроены принципы защиты приватности. Это включает минимизацию объема данных, то есть сбор только такой информации, которая была бы адекватна и имела бы отношение к достижению научно доказанной цели в области общественного здравоохранения, ограничиваясь минимальным объемом. Также важно, предполагает ли программа жесткие ограничения на то, каким образом данные будут собираться, использоваться, агрегироваться, храниться и предоставляться, в том числе другим пользователям, государственным структурам и обществу. Наконец, следует уточнить временные рамки ее действия, включая вопросы завершения программы и последующего удаления данных. Важным шагом является привлечение государственных структур по защите персональных данных к разработке рекомендаций об обеспечении приватности при использовании персональных данных в противоэпидемических целях.

Важным моментом должно быть предоставление пользователям контроля за исходящей от них информацией и возможность прекращения ее предоставления. Предусматривает ли программа получение от пользователя по-настоящему информированного согласия на прозрачных условиях, сформулированных предельно ясно и просто, исходя из предпочтительности принципа подписки на услугу, а не отписки от нее? Достаточно ли понятен встроенный в программу функционал защиты приватности, включая настройки того, какие данные могут собираться, кто будет иметь к ним доступ, сколько они будут храниться и как они могут быть удалены? Применительно к приложениям отслеживания контактов важно, чтобы сбор, агрегирование, хранение и анализ сведений о контактах и здоровье не были централизованы в рамках единственной государственной структуры, например министерства. Если собираемые программой данные используются для анализа рисков заражения и оповещения соответствующего лица, то ему должны разъясняться степень надежности анализа и возможности использования ресурсов общественного здравоохранения, таких как государственные информационные сервисы.

Обезличивание и безопасное хранение данных – это важные аспекты разработки, требующие пристального контроля. Собранные данные должны обезличиваться в максимально возможной степени, а риски обратной идентификации – доводиться до пользователей в максимально понятной и доступной форме. Раскрывается ли исходный код программы, чтобы общество могло убедиться в ее добросовестности? Раскрывается ли разработчиками содержательная информация о протоколах обезличивания, чтобы можно было проверить их эффективность? Разработчики также должны раскрывать информацию о том, каким образом собранные данные защищаются от попыток третьих сторон получить к ним несанкционированный доступ или изменить их. Например, можно поставить вопрос: используются ли в программе надежные методы информационной безопасности (такие как оконечное шифрование) и подлежат ли эти методы регулярной проверке?

Вопросы на стадии внедрения и операционной деятельности

Если программа уже действует, то она должна проверяться и перепроверяться на соответствие вышеперечисленным стандартам. Разработчики должны отслеживать социально-политический контекст и обеспечивать наличие механизмов и протоколов защиты от недобросовестного использования. Например, могут ли пользователи оспорить сбор, агрегирование, хранение и использование касающихся их данных, и имеют ли они доступ к эффективным средствам правовой защиты? Могут ли пользователи выйти из программы и удалить свои данные? Могут ли сообщества и пользователи самостоятельно проверять операционные алгоритмы, чтобы убедиться в их надежности и в соответствии заявленной программой цели?

Законно ли бить кого-то по лицу?

Эту пощечину слышал весь мир. Когда Крис Рок пошутил о бритой голове Джады Пинкетт Смит во время телетрансляции 94-й церемонии вручения премии «Оскар» 27 марта, это вызвало у нее закатывание глаз и гораздо более бурную реакцию у ее мужа Уилла. Он подошел к сцене, ударил Рока по лицу, а затем сказал Року: «Держи имя моей жены подальше от своего гребаного рта!» Рок не отомстил физически и позже не выдвигал обвинений, сообщает CNN.Реакция в социальных сетях разделилась между теми, кто аплодировал Уиллу за защиту Джады (у которого алопеция), и теми, кто думал, что он не в порядке из-за его нападения на Рока.

Удары кулаками по лицу в фильмах и сериалах — известное клише. Но в реальной жизни засекать кого-то — это не только отличный способ сломать себе руку, но и в большинстве случаев незаконный. Бывает ли когда-нибудь ситуация, в которой вы имеете законное право совать кого-то в морду?

В 2017 году мы задали вопрос Мике Шварцбаху, адвокату по уголовным делам из Калифорнии и главному редактору Nolo.Короче говоря, ответ «да» — но удар должен быть нанесен в целях самообороны.

«Вообще, вы должны быть , а не агрессором, и вы должны разумно полагать, что сила необходима, чтобы защитить себя от неминуемого насилия», — сказал Шварцбах. «И вдобавок ко всему, вы должны использовать пропорциональное количество силы».

Есть несколько действительно важных моментов, позволяющих отличить легальный удар от нелегального. №1, ты не можешь ударить первым. Это сделало бы вас агрессором.Трудно спорить о самообороне, когда ты буквально нападаешь.

Во-вторых, вы можете ударить кого-то только в том случае, если он уже замахнулся на вас или если вы считаете, что вас вот-вот ударят. Шварцбах сказал, что также можно заявить о самообороне, если вы ударите нападающего, когда он собирается ударить вас, но вам понадобятся быстрые руки.

И в-третьих, нельзя обострять драку. Если пьяному парню в баре не нравится, как вы смотрите на его девушку (да, еще одно клише), и он толкает вас в плечо, вы не имеете права разбивать бутылку о его голову.Вы, вероятно, даже не имеете права бить его. Или шлепнуть его. Или пнуть его во вкусности.

«Самооборона применяется там, где вред неизбежен», — объяснил Шварцбах. «Теория состоит в том, что у вас нет альтернативы». То же самое верно, если вы встаете на защиту другого человека. Если вы обоснованно полагаете, что они находятся в непосредственной опасности насилия, и у вас нет другого выхода, вы можете вмешаться и начать бить.

Боевые слова

А как насчет аргумента «боевые слова»? Разве вам не разрешено защищаться, если кто-то словесно пристает к вам, провоцирует или угрожает вам?

«Возможно, это самое распространенное заблуждение о самообороне», — сказал Шварцбах.

Несмотря на то, что «боевые слова» не защищены как свобода слова, они все же не являются юридическим оправданием насилия. Шварцбах сказал, что даже если кто-то угрожает вам и говорит, что собирается вас избить или убить, закон не дает вам права бить его.

«Одно дело, когда «понятно», что кто-то угрожает убить тебя, а ты бьешь его по лицу», — сказал Шварцбах. «Но если нет никаких признаков того, что человек собирался каким-то образом причинить вам вред, и у вас было время поговорить с полицией, у вас, скорее всего, не будет юридической защиты.

Что приводит к важной оговорке при обсуждении «законности» чего-либо. Хотя уголовное законодательство в отношении самообороны в Соединенных Штатах довольно единообразно, применение и толкование закона варьируется от штата к штату, от участка к участку и по делу.

«С такими вещами в игру вступает полиция и прокуратура, — сказал Шварцбах. — Если вы находитесь в большом районе метро, ​​в баре происходит потасовка, кого-то иначе прокуратура завалена делами, и вроде бы никто особо не пострадал, могут и не возбудить дело.Как и во всем, это зависит от людей, с которыми вы имеете дело».

И даже если офис окружного прокурора решит выдвинуть обвинения, в конечном счете именно присяжные решат, действительно ли вы действовали в целях самообороны и был ли ваш удар был оправдан. В уголовном процессе по делу о нападении и нанесении побоев прокурор должен опровергнуть «вне разумного сомнения», что вы нанесли удар в целях самообороны. Это будет зависеть от показаний свидетелей, показаний полиции и ваших слов против чувака с черный глаз.

Но тут самое сложное. Даже если вас оправдают по уголовному обвинению в избиении кого-то кулаком, вы все равно можете предъявить иск в гражданском суде. Если человек, которого вы ударили, получил серьезную травму, пропустил работу или получил психологическую травму в результате инцидента, он может подать на вас в суд о возмещении ущерба. Такого в кино не увидишь.

Первоначально опубликовано: 16 февраля 2017 г.

Влияние Руководящих принципов ООН в области бизнеса и прав человека на коммерческую юридическую практику Джона Джерарда Рагги, Джона Шермана :: SSRN

Журнал международного разрешения споров, готовится к выпуску

7 страниц Опубликовано: 9 сентября 2015 г.

Дата написания: 8 сентября 2015 г.

Аннотация

В июле 2015 года Международная федерация футбольных ассоциаций, также известная как ФИФА, объявила, что в качестве важной части своих новых реформ она «признает положения Руководящих принципов ООН в области предпринимательской деятельности в аспекте прав человека [далее — ОП] и сделает обязательным соблюдение этих положений как контрагентами, так и участниками цепочки поставок.

Футбол, бесспорно, лучший вид спорта в мире. По словам ее президента, «пирамида» ФИФА включает в себя «209 национальных ассоциаций», «300 миллионов активных участников» футбола и «1,6 миллиарда человек, прямо или косвенно вовлеченных в игру». Это объявление заставит юристов во всем мире изо всех сил пытаться выяснить, что означают ВОП в качестве практического вопроса, чтобы должным образом консультировать своих клиентов. права человека.

Рекомендуемое цитирование: Рекомендуемая ссылка

Рагги, Джон Джерард и Шерман, Джон, Добавление прав человека к новому Lex Mercatoria: влияние Руководящих принципов ООН в области бизнеса и прав человека на коммерческую юридическую практику (8 сентября 2015 г.).Журнал международного разрешения споров, готовится к публикации, доступен в SSRN: https://ssrn.com/abstract=2657885